Гус М.С. Из Нюрнберга. Информация для радио

13 февраля 1946 г. 19 ч. 47 мин.

Российский государственный архив литературы и искусства

Ф. 2808. Оп. 1. Д. 10. Л. 47–50.

Подлинник. Машинопись с правкой редактора.

Указатели и теги

Именной указатель

Варлимонт Вальтер (Walter Warlimont) – заместитель начальника штаба оперативного руководства Верховного командования вермахта, генерал артиллерии.

Гальдер Франц (Halder Franz) – военный деятель Германии, генерал-полковник (1940). Начальник Генерального штаба сухопутных войск вермахта в 1938–1942 гг.

Геринг Герман (Hermann Wilhelm Göring) – рейхсминистр авиации, рейхсмаршал Великогерманского рейха, генерал пехоты и генерал земельной полиции.

Гитлер Адольф (Adolf Hitler) – германский политический и государственный деятель, лидер германских нацистов. Глава Национал-социалистической немецкой рабочей партии (1921–1945), рейхсканцлер (1933–1945) и фюрер (1934–1945) Германии, одновременно верховный главнокомандующий вермахта (с мая 1935). Покончил жизнь самоубийством 30 апреля 1945 г. в Берлине.

Советский радиожурналист-международник, публицист и искусствовед. Работал на Нюрнбергском процессе.
Рейхспрезидент Германии, главнокомандующий военно-морским флотом (Кригсмарине), гросс-адмирал

Йодль Альфред (Alfred Josef Ferdinand Jodl) – начальник штаба оперативного руководства Верховного командования вермахта, генерал-полковник.

Кейтель Вильгельм (Wilhelm Bodewin Johann Gustav Keitel) – начальник штаба Верховного командования вермахта (1938–1945), генерал-фельдмаршал.

Нарком иностранных дел СССР

Генерал-лейтенант Вермахта. В 1942–1943 гг. начальник отдела военнопленных XX военного округа, свидетель обвинения на Нюрнбергском процессе.

Полковник юстиции, заместитель главного обвинителя Международного Военного Трибунала от СССР

     Москва. Союзрадио. Склезневу.
     13 февраля 1946 г. 19:47

     Передать Цейтлину.

Сознание не в состоянии вместить того, о чем сегодня в течение многих часов докладывал трибуналу от имени советского обвинения полковник Покровский: одна из самых омерзительных и чудовищных глав в страшной книге гитлеровских преступлений посвящена тем пыткам, издевательствам и убийствам советских военнопленных, которые хладнокровно и сознательно были организованы Гитлером и его сподвижниками. Три гитлеровских генерала – бывший начальник генерального штаба армии генерал-полковник Франц Гальдер, бывший заместитель начальника оперативного отдела штаба ОКВ генерал Варлимонт и начальник отдела по делам военнопленных в Данцингском военном округе генерал-лейтенант фон Остеррайх, в письменных показаниях удостоверили, что Гитлер и ОКВ еще до нападения на Советский Союз дали точную директиву о варварском обращении с советскими военнопленными и об их уничтожении. Это была политическая линия ОКВ, гитлеровского правительства, всего гитлеровского режима. Это факт окончательно и бесповоротно установлен на Нюрнбергском процессе. Гитлеровские преступники пытались и еще продолжают теперь пытаться, если не оправдать, то объяснить свои преступления тем, что они, якобы, не были связаны требованиями Женевской и Гаагской конвенций – по отношению к советским военнопленным. Они при этом ссылались на то, что Советский Союз будто бы не присоединился к этим конвенциям. Народный комиссар иностранных дел Молотов в ноте от 27 апреля 1942 года заявил от имени советского правительства, что оно даже и перед лицом немецких зверств не намерено применять ответные репрессивные мероприятия, и – сказано в ноте буквально: «По-прежнему придерживается обязательств, принятых на себя Советским Союзом по вопросу о режиме военнопленных по Гаагской конвенции 1907 года, подписанной также, но столь вероломно нарушенной во всех ее пунктах Германией». Таким образом, Советский Союз считал себя связанным всеми международными правилами и законами и строго придерживался их в обращении с военнопленными, а гитлеровская Германия, подписавшая международные конвенции, хладнокровно и цинично растоптала и их, как и все свои остальные международные обязательства. Нет таких жестокостей, доходящих до крайней степени садизма и извращения, которым не подвергались бы советские воины, солдаты, офицеры, генералы. Гитлеровцы клеймили их, причем, приказ о клеймении был разработан с такой тщательностью и в таких подробностях, которые изобличают в его авторах закоренелых преступников, наслаждающихся страданиями своих жертв. Советских военнопленных убивали даже не тысячами, а десятками и сотнями тысяч. Акты и документы чрезвычайной государственной комиссии по расследованию немецко-фашистских злодеяний повествуют о том, что в одном лагере было замучено 65 тысяч, в другом 120 тысяч, в третьем 150, в четвертом 200, в пятом 327 тысяч советских военнопленных, и это перечисление можно было бы продолжить. Пленных убивали голодом: их кормили хлебом, который состоял из древесных опилок и измельченной соломы. Пленных убивали болезнями, которыми их сознательно заражали. Пленных убивали ударами металлических палок по голове. Их закалывали штыками. Их расстреливали по всякому поводу и просто без повода для потехи. Наконец, пленных, как известно, доводили до полного истощения непосильной работой, а затем хладнокровно истребляли. Одна из самых чудовищных фабрик смерти была организована немцами вблизи города Славута на Украине, и они назвали ее «Гросслазарет». Это даже для фашистских преступников беспримерное глумление над самыми элементарными, самыми основными требованиями человеческой совести и морали, ибо в этом, так называемом, гросслазарете раненых и больных воинов Красной армии не лечили, а истребляли, применяя самые изощренные методы. И все это было не проявлением злой воли отдельных лиц, но осуществлением сознательной государственной политики третьей империи и директив верховного немецкого командования. От этого некуда не уйти сидящим на скамье подсудимых Кейтелю и Йодлю, Геринг и Деницу. Они и прямо подписывали приказы об истреблении советских военнопленных. Они и всей своей политикой и всей своей деятельностью разнуздывали дикие инстинкты у своих подчиненных и поощряли их к совершению этих злодеяний.

Йодль на проекте директивы об истреблении целых категорий советских военнопленных написал: «Следует считаться с возможностью репрессий против германских летчиков. Лучше всего, поэтому представить все эти мероприятия, как расплату». Эта пометка Йодля выдает с головой и его, и его начальника Кейтеля и всю гитлеровскую шайку. Они сознательно совершали свои преступления и думали лишь о том, чтобы скрыть их или замаскировать каким-либо способом. В одном из лагерей военнопленных, где были уничтожены тысячи людей, советские власти после изгнания немцев обнаружили орудия пытки и убийства: кожаную плеть и кинжал. Плетью гитлеровские палачи избивали советских людей, кинжалом они выкалывали глаза, отрезали руки и ноги. На этом кинжале выгравирован излюбленный фашистский девиз «Блю унд эре» (кровь и честь). У германских преступников нет, не было и не может быть никакой чести. Они пролили океан невинной крови. Они обесчестили в глазах всего мира звание и форму германского военнослужащего. Они покрыли позором самое имя немцев. Полковник Покровский еще не закончил изложение перед трибуналом всех материалов о зверствах, совершенных над советскими военнопленными. Но и того, что он уже сказал, достаточно для подкрепления вывода: гитлеровский режим, гитлеровское правительство, гитлеровское военное командование – это бесчестная шайка невиданных еще в истории преступников. Конец. Гус.